Делегитимация крымского консенсуса

Опошление фигуры русского царя неприятно. В нашем сознании имена Николая II, его супруги и детей теперь соседствуют с темой эротики. Мы не любим издевательств над гробами, кто бы в них ни лежал  Николай, Ленин или Ельцин. Если подтрунивать над памятью ушедших, то же будут делать над тобой после смерти. И вместо слов скупых за упокой души пошлют в твой след насмешки и проклятья.

Конечно, «Матильда» совсем не так страшна, как высмеивание образов Христа и Богоматери, как перформансы в стиле 19201930-х, когда взрывали храмы, убивали клир и мирян. Для нашего исторического сознания фильм о трагическом времени русской и мировой истории, названный именем балерины активного поведения,  это всего лишь очередная шалость секулярного сознания. Этим занималось ещё Просвещение, разоблачая религиозные и традиционные мифы вплоть до XX века. Затем эстафету принял постмодернизм, который разоблачал уже всё, включая и сам миф Просвещения. Вся массовая культура последнего столетия заряжалась той энергией, которая возникала от разложения традиционных ценностей, святости святых, величия великих. «Матильда» пошла по старому и накатанному пути и потому не стала оригинальностью.

Почему же фильм ещё до своего выхода вызвал отторжение у большого количества людей, которые не были и не будут монархистами? Дело здесь не в православии, не в царе и не в истории. Дело в сегодняшнем дне.

Нужно назвать вещи своими именами

В текущей политической ситуации «Матильда»  первая попытка делегитимации присоединения Крыма к России, разрушения той беспрецедентной консолидации российского общества и власти, которую назвали «крымским консенсусом». Крымский консенсус  это горячее желание общества преодолеть исторические разрывы между царской, советской и современной Россией, это желание вернуться в большую страну и большую историю, это стремление сохранить дух Бессмертного полка в течение всего года, это желание обновиться и жить дальше. Это не только единение общества на основе патриотизма и традиционных ценностей, но и ситуация, когда власть и социальное большинство думают в одинаковом ключе, ощущают себя единым целым. Каждый месяц жизни в этом консенсусе ведёт к накоплению того историко-символического ресурса, который в будущем позволит пережить не один год кризиса.

Дело совсем не в очередном гламурном фильме, содержание которого после показа никто обсуждать не будет, а в страхе потерять крымский консенсус, в основание которого было положено так много усилий за последние 17 лет. Социальное большинство может любить или не любить царя, но на уровне интуиции воспринимает агрессивное и безапелляционное лоббирование этой картины как предательство. Не царя  себя.

В связи с этим информационный конфликт вокруг фильма «Матильда» приобрёл в информационном пространстве выраженное политическое звучание. Главной заинтересованной стороной конфликта являются протестно-либеральные движения в их широком, мировоззренческом значении. Одна из стратегических задач протестно-либеральных кругов в сегодняшней России  остановить продолжающийся процесс консолидации общества, не допустить закрепления нового консенсуса на основе традиционных ценностей, вернуться к старому, либеральному консенсусу.

В период 20142017 годов в российском информационном пространстве не возникло ни одной темы, которая бы представляла значимую угрозу для нового консенсуса. С этого времени протестные либералы испытывают нехватку сюжетов для развития активности. Ни одна из заявлявшихся ими тем (санкции, реновация, Навальный) не смогла стать достаточным информационным поводом для возвращения общества в состояние до 2014 года, когда каждый скандал или громкое событие вызывало существенное напряжение в обществе (Pussy Riot, Болотная, дискредитация Олимпиады в Сочи).

Раньше удавалось искусственно поддерживать постоянный градус конфликта между властью и обществом, поэтому любой инфоповод сразу становился полем битвы между ними. Теперь это не работает. Поэтому протестно-либеральные игроки хотят выбить систему из информационного равновесия  нужна серия новых конфликтов, которые будут касаться глубинных социальных основ. Они стремятся создать образ государства, настроенного против традиции, и заставить традиционную часть общества почувствовать напряжение, исходящее от государства. Уже целый месяц традиционная часть общества испытывает это напряжение. Если оно сохранится, то мы не заметим тот момент, когда общество откатится в психологическое состояние 2013 года. Это будет означать конец сложившегося консенсуса.

Характер и стилистка последних публикаций и комментариев о формировании в России якобы «православного экстремизма», «православного ИГИЛ» (ИГ, «Исламское государство»  запрещённая в России организация.  Прим. ред.), свидетельствует о том, что эта тема рассматривается протестно-либеральными кругами как наиболее эффективная для борьбы с возникшим консенсусом.

Негативный сценарий развития ситуации выглядит следующим образом:

1. Протестно-либеральные игроки продолжают защищать и поддерживать культурные акции (фильмы, выставки), осуществляемые в том числе за государственный счёт и продвигающие неоднозначные или выраженно провокационные идеи в отношении традиционных ценностей, норм морали, исторических событий и ключевых фигур. Активное использование государственных средств и одновременно обвинение государства в цензуре и давлении на свободу творчества («Нуреев») ограничивают возможности государства по противодействию этим процессам («Матильда»), а иногда вынуждают представителей власти прямо поддерживать неоднозначные произведения искусства. Поскольку традиционное большинство перестаёт чувствовать защиту своих чувств со стороны государства, оно ищет альтернативные инструменты защиты.

2. Протестно-либеральные круги параллельно создают два противоположных и искусственных образа государства: для традиционного российского большинства  образ государства, которое якобы не может защитить своих граждан от оскорбления; для зарубежной и либеральной аудитории  образ государства, которое якобы с опорой на Церковь и традиционные ценности воспитывает в обществе экстремистские настроения. В результате в информационном пространстве фактически возникает ощущение двух государств и мировоззренческого раскола властных элит, а также раскола общества вследствие этого.

3. Далее у протестно-либеральных кругов возникает спрос на факты насилия в обществе. Ими осуществляется косвенная поддержка (через провоцирование) различных радикальных групп, в том числе искусственных «групп-однодневок» (например, «Христианское государство»), которые совершают преступления, оправдываясь патриотической риторикой. При этом подобные экстремисты выступают против укрепления официальной государственной и церковной властей и становятся органичной частью протестного движения.

Протестно-либеральным кругам выгодно, чтобы экстремистов громко сажали. Они будут обвинять государство и Церковь в поддержке экстремизма и одновременно объявлять осуждённых «узниками совести», пострадавшими от властей за религиозные убеждения. В итоге этот двунаправленный и противоречивый процесс  борьба за свободу искусства и поддержка радикалов  создаст состояние непрекращающейся провокации, вселяющей вражду между властью, обществом и Церковью. Протестно-либеральное движение будет продолжать оказывать давление на государство и одновременно провоцировать радикализм в обществе. Государство же продолжит борьбу с радикализмом, со временем неизбежно ставя под своё подозрение широкий спектр патриотических и православных организаций. Фактически в информационном пространстве возникнет искусственная ситуация противопоставления государства и традиционного социального большинства, что приведёт к взаимному недоверию и обозначит конец крымского консенсуса.

Ранее этот механизм был обкатан, например, на «Русском марше» (Россия), «Правом секторе» (Украина) (запрещённая в России организация.  Прим. ред.). В обоих случая революционно настроенные круги, выступавшие за «европейский», либерально-демократический, глобалистский путь развития, одновременно поддерживали и вступали в союзы с националистическими и другими радикальными организациями изоляционистского характера. Возник распространённый сегодня феномен «либерал-национализм», оправдывающий радикальных националистов, действующих в интересах либералов. Этот союз основывался не на общих ценностях, а на общей цели  демонтировать действующую систему власти и общественных институтов. Поэтому протестно-либеральные движения заинтересованы в создании «православных экстремистов», пускай виртуальных, для использования их в противостоянии с действующей властью и официальной Церковью (обвиняемой в сервильности).

Идея создать «православных экстремистов» и использовать их в протестной деятельности была сформулирована в начале 2016 года, после встречи Патриарха Московского и Папы Римского в Гаване. Тогда управляемая фундаменталистская истерия на пустом месте докатилась до призывов бороться со священноначалием и Церковью, которая обвинялась в «экуменизме». Протестно-либеральные круги тогда даже стали изучать, сколько в России на самом деле агрессивных фундаменталистов, которые готовы к открытой борьбе с официальной Церковью, но выяснили, что сущие единицы. Как и теперь выяснилось, что «Христианское государство» состояло из двух человек. Тем не менее протестно-либеральные круги тогда поняли, что даже эти отдельные люди способны на многое, если поддержать их и направить в нужное направление. Ведь любой терроризм, включая культурный, совершается единицами, а влияние оказывает на всё общество.

Конечная цель этого процесса  разрушить складывающийся крымский консенсус. И царь тут ни при чём.

Василий Щипков, преподаватель МГИМО, директор Русской экспертной школы

25.04.2019
Как уразуметь тайну Святого Причастия
Тайная Вечеря — одно из самых таинственных событий истории. Евангелие от Матфея дополняет Евангелие от Иоанна. Все самые малые, но значительные подробности должны быть соединены вместе. Атмосфера радости, печали, изумления переполняют Сионскую горницу
20.04.2019
Благословен грядый во имя Господне!
Праздники бывают разные. Праздник Входа Господня в Иерусалим — один из самых трагических праздников церковного года. Казалось бы — все в нем торжество: Христос вступает в Святой Град; встречают Его ликующие толпы народа, готовые из Него сделать своего политического вождя, ожидающие от Него победы над врагом; разве здесь есть что-то трагическое?
15.03.2019
Основание и смысл Великого поста
Пост, как бы он ни был обязателен и необходим для нашей жизни, не может означать просто каких-то наших духовных усилий. Это не есть усилие человека, соответственно которому он получает награду от Бога. Это не есть наш отказ от естественных желаний с ожиданием быть увенчанными за этот подвиг. Измерение поста совершенно иное

Актуальное

Отчёт о работе Международной общественной организации «Союз православных женщин» за 2018 год | МОО «Союз православных женщин»
Отчёт о работе Международной общественной организации «Союз православных женщин» за 2018 год
К 100-летию Союза Православных Женщин (из истории создания) | МОО «Союз православных женщин»
К 100-летию Союза Православных Женщин (из истории создания)
Х Ольгинские чтения «Духовное наследие святой равноапостольной великой княгини Российской Ольги. История. Культура. Образование» | МОО «Союз православных женщин»
Х Ольгинские чтения «Духовное наследие святой равноапостольной великой княгини Российской Ольги. История. Культура. Образование»
пн
вт
ср
чт
пт
сб
вс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
27
28
29
30
31
 
Март 2017